expertmus (expertmus) wrote,
expertmus
expertmus

Categories:

30 сентября 2008 года скончался Григорий Максимович Бонгард-Левин


Григорий Максимович Бонгард-Левин

(1933-2008)

 Академик РАН Григорий Максимович Бонгард-Левин (1933-2008) скончался 30 сентября в Париже на 76-ом году жизни после тяжелой болезни.

Григорий Максимович родился 26 августа 1933 г. в Москве. Окончил исторический факультет МГУ в 1956 г. Выдающийся ученый начал свою научную карьеру трудами по истории и культуре Индии. Младший, старший научный сотрудник, зав. сектором (1956-1987). Главный научный сотрудник Института востоковедения РАН (1987-н.вр.). Зав. кафедрой истории Южной Азии ИСАА при МГУ. Член-корреспондент c 1981 г., академик РАН c 1990 г. - Отделение историко-филологических наук.

В последние годы академик Григорий Максимович Бонгард-Левин был главным редактором нескольких научных журналов, руководил работой различных научных центров, организовывал симпозиумы и конференции по широкому спектру исторических, культурных и религиоведческих проблем.

Член Национального комитета историков.
Научный руководитель Центра сравнительного исследования древних цивилизаций ИВИ РАН.
Главный редактор журнала «Вестник древней истории».
Член редколлегии иллюстрированного научно-публицистического и информационного журнала «Наука в России».

Член Французской Академии искусств и изящной словесности, Королевской Шведской Академии истории, литературы и древностей. Член-корреспондент Итальянского Института Азии и Африки (ISMEO).

Лауреат интернациональной премии Святого Марка, Венеция (1990).
Кавалер Ордена искусств и изящной словесности.
Кавалер Ордена Почётного легиона (Франция).

История русской эмиграции первой волны – последнее направление в его работе:

Бонгард-Левин Г. М. Владимир Набоков и русские ученые-эмигранты
Бонгард-Левин Г. М. Добужинский и Набоков
Бонгард-Левин Г. М. Изгнание в вечность. Академик Ростовцев
Бонгард-Левин Г. М. Письма и автографы И.С. Шмелёва в Голландии



«БОЖЕСТВЕННАЯ КОМЕДИЯ» И ЗОРОАСТРИЙСКИЕ ЖРЕЦЫ В «ПОТУСТОРОННЕМ МИРЕ» 

     «Душа Арда-Вираза, отделившись от тела, отправилась к священным горам Чакат-и Дайтик и мосту Чинват. И возвратилась на седьмой день и вошла обратно в тело. Арда-Вираз встал, будто просыпаясь от приятного сна... И приветствовали его, «пришедшего из обиталища умерших в это обиталище живых... и приказал Арда-Вираз: «Приведите писца мудрого и ученого!»» И тогда писец записал «все, что говорил Арда-Вираз, написал исправно, ясно и подробно».

     Так завершается пролог зороастрийского сочинения «Арда-Вираз-намак». Далее в тексте повествуется о «путешествии» благочестивого Арда-Вираза по раю и аду, о том, что он там увидел, о вознаграждении праведников и наказаниях грешни­ков за содеянное на земле. Когда в 1816 г. впервые на европей­ском языке появился перевод отрывков из «Книги Арда-Вира­за», ученые с удивлением обнаружили, что по своему сюжету сочинение напоминает «Божественную комедию» великого ита­льянского поэта Данте Алигьери (1265-1321). Уже тогда были высказаны мнения о возможном знакомстве Данте с одним из вариантов этого иранского сочинения. Впоследствии такая точка зрения не получила убедительного обоснования, дискус­сия же об истоках «Божественной комедии» продолжается и в настоящее время.

     Нельзя забывать, что европейская средневековая культура многим обязана цивилизациям Востока, особенно арабской науке, философии, литературе; Европа познакомилась и с культурными достижениями народов Ирана, Средней Азии, Индии. Показательна, например, судьба древнеиндийского сочинения «Панчатантра», которое при Сасанидах было переве­дено на персидский язык под названием «Калила и Димна». Арабская версия этого произведения проникла в Европу, где ее перевели на все основные европейские языки. Во многих произ­ведениях европейской литературы заметно влияние этого вос­точного собрания назидательных притч и новелл.

     Вполне возможно, что в Европе ко времени Данте были известны восточные сочинения, близкие по содержанию к зороастрийской книге об Арда-Виразе. Конечно, «Божественная комедия» Данте по своему характеру, идейному содержанию вполне оригинальна. Провозвестник Возрождения, автор научных сочинений и политических трактатов, Данте наполнил поэму образами своего времени; она отражает мировоззрение его эпохи и вместе с тем проникнута новыми идеями и идеалами, которые возвысили поэта над религиозной схоласти­кой средневековья. Поэтому при сравнении «Божественной комедии» с ее предполагаемыми восточными прототипами речь может идти лишь о внешнем сходстве сюжета и некоторых деталей в описании ада и рая.

     Тема «посещения» героем потустороннего мира в восточной литературе разрабатывалась задолго до эпохи Данте. Видный советский иранист Е. Э. Бертельс, а затем английский арабист Р. Никольсон обратили внимание на значительное сходство «Божественной комедии» Данте с одной из поэм персидского поэта Санаи (конец XI- начало XII в.). Статья Никольсона так и называлась - «Персидский предшественник Данте». Санаи творил в эпоху расцвета персидской классической литературы, но в Иране рассказы о «путешествии» в ад и рай существовали гораздо раньше и были связаны с зороастрийской религиозной традицией.

     «Арда-Вираз-намак» повествует о событиях, якобы проис­шедших при Сасаниде Шапуре II (310-379). Зороастризм пере­живал тогда трудное время: распространились ереси, безверие. Зороастрийские жрецы выбрали из своей среды самого благоче­стивого - Арда-Вираза-— и «отправили» в потусторонний мир, чтобы, вернувшись, он подтвердил, что существует ад и рай, а посмертное воздаяние зависит от неуклонного исполне­ния предписаний зороастрийской веры. Такими рассказами зороастрийская церковь старалась воздействовать на своих последователей и доказать истинность своей религии.

     «Книга об Арда-Виразе» составлена не ранее VI-VII вв. Поэтому ученые полагали, что сочинение носит чисто апокри­фический характер, не связанный с реальными событиями раннесасанидской эпохи. Но новые открытия заставляют пересмо­треть подобное мнение. Известному французскому ученому Ф. Жинью удалось раскрыть смысл одной из надписей Картира - религиозного и политического деятеля III в. н. э., эпохи создания державы Сасанидов - могущественной соперницы Рима и Византии. Это был период упрочения зороастризма, и ведущую роль в создании зороастрийской государственной церкви сыграл Картир - «глава магов» и «хранитель души» царя царей. Не случайно его надписи выбиты там же, где эдикты сасанидских монархов, а на официальных рельефах он изображен рядом с царями.

     О многих своих «заслугах» повествует в надписях Картир, в частности о том, что он раскрыл людям смысл учения о «небесах и бездне ада». Каким же образом Картир «познал сущность ада и рая», становится понятным из его надписи в Сар-и-Мешхеде (близ города Казерун в Иране), детально разоб­ранной Ф. Жинью: Картир рассказывает о «посещении» поту­стороннего мира, где ему удалось лицезреть зороастрийских богов и блаженную жизнь праведников, увидеть рай и преис­поднюю.

     Итак, Картир - реальное историческое лицо, политический деятель великой державы - в официальной надписи припи­сывает себе те «деяния», за которые много позднее зороастрийская традиция воздавала хвалу Арда-Виразу, якобы жившему в IV в. (т. е. столетием позже Картира). Цель же обоих рас­сказов была одинаковой - укрепить пошатнувшуюся веру, упрочить положение зороастрийской религии и церкви. В своих надписях Картир также упоминает о распространении вредных ересей, веры в ложных богов, говорит, что благодаря его деятельности «многие люди, которые были неверными... избрали истинную веру» - зороастризм. Добиться этого Картиру, очевидно, было непросто: ему пришлось обратиться и к продуманной инсценировке своего «путешествия» в потусторонний мир. Картир использовал архаичные и весьма прими­тивные религиозные представления для политических целей (к тому же приему прибегли позднее и авторы преданий об Арда-Виразе).

     Текст сармешхедской надписи сохранился лишь частично, и поэтому остаются неясными многие детали «потустороннего путешествия» Картира. Но и в уцелевших фрагментах упоми­нается о том, что он видел в раю и каким был туда его путь. Рассказ построен в русле традиционных зороастрийских пред­ставлений о загробном мире: к раю Картира ведет «благород­нейшая женщина», она сопровождает его при переходе через мост, в раю он видит великих праведников, золотой трон бога, весы...

     По той же дороге «следовал» в рай и Арда-Вираз. «Мост Чинват расширился на девять копий, и я перешел через него легко, удобно, отважно и победоносно. Меня, Арда-Вираза, при­ветствовали могущественный бог Митра, благой Вайю... и дру­гие существа того мира. И я, Арда-Вираз, увидел справедливого бога Рашну, который держал в руках весы из чистого золота и взвешивал деяния праведников и грешников. Затем праведный Сраоша и бог огня взяли меня за руку и сказали: «Иди, мы покажем тебе рай и ад, сиянье, блеск, спокойствие и процвета­ние, наслаждение и удовольствие, радость, счастье и благоуха­ние рая - воздаяния праведникам. И мы покажем тебе мрак, тесноту и скверну, мучения, злобу и боль, ужас и смрад в аду, все виды воздаяний, которые получают колдуны и грешники»».

     В «Книге Арда-Вираза» весьма подробно описывается и само «отправление» в иной мир. Опытные жрецы совершают риту­альные обряды, Арда-Вираз молится, ему подносят три кув­шина с вином и наркотическим средством, он выпивает их, продолжая петь молитвы, пока не падает без сознания; душа его «выходит» из тела и «отлетает» в далекую страну, чтобы, увидев рай и ад, через семь дней вновь вернуться к безжизнен­ному телу.

     Описанный магический обряд невольно напоминает шаман­ское камлание, несмотря на беллетризованную форму рассказа и совершенно иную историко-культурную обстановку. Правда, «камлание» происходит не в чуме или ином специальном поме­щении для шамана, а в храме огня; по «возвращении» души Арда-Вираз не только поветствует об «увиденном», но и дик­тует свой рассказ писцу. Однако это не меняет существа риту­ального действия. «Путешествие» Арда-Вираза — это «стран­ствие» души в загробный мир. Сходные представления отра­жены и в надписи Картира:   тело оставалось на земле, по потустороннему миру путешествовал «двойник Картира».

     Вместе со жрецами жены Арда-Вираза «в течение семи дней и семи ночей, повторяя священные гимны, не переставали сте­речь» покинутое душой тело Арда-Вираза. У северных шама­нов также существовали специальные помощницы (часто жены), опытные в ритуале и «оберегавшие» тело шамана во время «путешествий» его души; своими заклинаниями они должны были «помогать» душе шамана вернуться в тело. Осо­бый интерес представляет и название «священного снадобья», принятого Арда-Виразом перед тем, как он впал в транс, - «банг», древнее наркотическое средство жрецов и шаманов.

     Весьма показателен маршрут загробных «путешествий» Картира и Арда-Вираза: души обоих «переходили» мост Чинват; согласно «Книге Арда-Вираза», его душа отправлялась к горам Чакат-и Дайтик и мосту Чинват. «Чакат-и Дайтик» («Горы правосудия») - это образное обозначение священных гор древнеиранской (и общеарийской) мифологии, употребля­емое в поздних зороастрийских сочинениях. Согласно зороастрийским текстам, Харбурз («Высокая Хара») - то же, что Чакат-и Дайтик; мост Чинват «расположен» у подножия Харбурза (и по «Авесте», мост Чинват лежит у Высокой Хары).

     Таким образом, еще в сасанидское время зороастрийские жрецы во время своих религиозных обрядов совершали «поле­ты» туда же, куда «летали» древнеиндийские муни и риши, - к священным горам (Меру-Хара), лежавшим на далеком севере. Так анализ сасанидских надписей и раннесредневековых зоро­астрийских сочинений дает новые материалы для воссоздания древнейших религиозных и мифологических представлений индоиранцев и еще раз подтверждает вывод об общеарийском происхождении сюжетов. 

(Г.М. Бонгард-Левин, Э.А.Грантовский. От Скифии до Индии. Древние арии: мифы и история. М., 1974. 2-е изд., доп. М., Мысль. 1983. 208 с 80 т.экз. 3-е изд. СПб, 2001).

Tags: in memoriam
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments